Лесная промышленность Канады переживает не циклический спад, а глубокий структурный кризис. Зависимость от единственного экспортного рынка и ограниченного набора сырьевых товаров, таких как древесина и целлюлоза, привела к катастрофическим последствиям. Неопределенность в торговых отношениях с США и введенные пошлины спровоцировали закрытие лесопилок, потерю тысяч рабочих мест и дестабилизацию целых регионов, чья экономика десятилетиями строилась на лесозаготовке.
Проблема Канады заключается не в нехватке лесных ресурсов, а в отсутствии диверсификации рынков сбыта. Десятилетиями выстраиваемая стратегия, ориентированная исключительно на южного соседа, оказалась опасно хрупкой. Теперь, когда ближайший торговый партнер показал свою ненадежность, за эту недальновидность расплачиваются рабочие и сельские общины по всей стране.
Парадоксально, но нынешняя глобальная нестабильность открывает для Канады уникальное «окно возможностей». Производители биотоплива, возобновляемых химикатов и современных биоматериалов по всему миру активно ищут юрисдикции со стабильной политикой для строительства новых заводов. Мобильность капитала позволяет им быстро переориентироваться, и Канада, с ее огромными запасами сырья, может и должна стать главным претендентом на эти инвестиции. Однако для этого необходимо создать соответствующую инфраструктуру.
В этом вопросе показателен опыт Финляндии. Страна успешно реализует национальную стратегию, направленную на удвоение стоимости своего лесного сектора без увеличения объемов вырубки. Финны сделали ставку на переход от экспорта сырья к производству продуктов с высокой добавленной стоимостью: биотоплива, возобновляемых химикатов и современных стройматериалов. Такие компании, как Neste, Stora Enso и UPM, преобразовали устаревшие целлюлозно-бумажные комбинаты в глобально конкурентоспособные платформы для выпуска возобновляемого дизельного топлива и экологичного авиационного керосина.
Одним из самых недооцененных элементов промышленной инфраструктуры являются стандартизированные и достоверные данные. Чтобы инвесторы могли быстро и с минимальным риском выбирать оптимальные площадки для строительства биоперерабатывающих заводов, им необходима четкая информация о наличии лесной биомассы, логистических возможностях, готовности рабочей силы и нормативных требованиях. Отсутствие такой прозрачности тормозит принятие инвестиционных решений и замедляет реализацию проектов.
Решением этой проблемы может стать внедрение так называемых «Зон благоприятных возможностей для развития биотоплива» (Biofuel Development Opportunity Zones или BDO Zones). Эти зоны представляют собой стандартизированные по методике CSA информационные пакеты, которые переводят разрозненные данные о сырье, площадках и инфраструктуре в понятные для инвесторов «инвестиционные сигналы». Такой подход уже доказал свою эффективность в Северной Америке, где с ним связаны анонсированные проекты на миллиарды долларов, включая недавнее объявление о строительстве завода Provectus Biofuels стоимостью 845 миллионов долларов в BDO-зоне в Альберте.
Выгоды от таких проектов очевидны. Один крупный завод по производству биотоплива может создать сотни, а то и тысячи рабочих мест, как на этапе строительства, так и в ходе эксплуатации, зачастую в тех самых регионах, которые наиболее сильно пострадали от закрытия старых ЦБК. Независимые исследования показывают, что подобные объекты способны генерировать сотни миллионов долларов годового дохода для сельской экономики, обеспечивая стабильное развитие территорий.
Предоставление данных по BDO-зонам канадским агентствам по привлечению инвестиций, таким как Invest in Canada, могло бы стать мощным мультипликатором их усилий. Это позволило бы им оперативно и уверенно отвечать на запросы глобальных компаний, рассматривающих Канаду для размещения своих биопроизводств. Перед правительственной целевой группой по трансформации лесного сектора стоит критически важная задача, и рассмотрение BDO-зон как инструмента диверсификации рынков и снижения зависимости от США является логичным и своевременным шагом.
Канада стоит перед выбором: продолжать реагировать на торговые шоки и закрытие производств или же проактивно строить информационную и исполнительную инфраструктуру, которая позволит формироваться новым рынкам, привлекать инвестиции и создавать добавленную стоимость внутри страны. От этого выбора зависит, войдет ли текущий момент в историю как очередная упущенная возможность или как поворотный пункт для всей лесной экономики страны.
